Глава 27. В первый миг она не могла припомнить, куда попала

Кларк

В первый миг она не могла припомнить, куда попала. В последние несколько недель она постоянно просыпалась в разных местах: то в тюремной камере Колонии, то в палатке‑лазарете, где испустила свой последний вздох Талия, то под звездным небом в объятиях Беллами. Она поморгала и прислушалась в надежде на какую‑нибудь подсказку, будь то линия деревьев у края поляны или звук дыхания Беллами.

Но она не увидела и не услышала ничего. Ее окружали лишь тьма и тишина.

Она попыталась было сесть и сморщилась, потому что малейшее движение отзывалось вспышкой лютой головной боли. Да где же она?

Потом память вернулась. Они с Беллами пробирались по подземелью в Маунт Уэзер, затем появились какие‑то стражники, а затем…

– Беллами, – хрипло позвала она, не обращая внимания на головную боль, которая усилилась, когда девушка попыталась осмотреться. Глаза привыкли к темноте, и Кларк разглядела, что находится в маленькой пустой комнате. В камере. – Беллами! – Он целился из лука в стражников. Может, они сочли его чересчур опасным? Живот скрутило от воспоминания о том, что у них было огнестрельное оружие.

В нескольких шагах от нее кто‑то застонал. Кларк встала на четвереньки и поползла на звук. На каменном полу растянулась высокая худая фигура.

– Беллами, – снова сказала Кларк, и ее голос дрогнул от облегчения. Она опустилась на пол и положила его голову себе на колени.

Беллами снова застонал и распахнул глаза.

– Как ты? – спросила она, убирая с его лица волосы. – Ты помнишь, что случилось?

Он уставился на Кларк, вроде бы пребывая в полном недоумении, а потом так быстро вскочил на ноги, что девушка при этом чуть не упала.

– Где они? – дико озираясь по сторонам, заорал он.

– Ты о ком? – спросила Кларк, подозревая, что Беллами снился кошмар, и он до сих пор не совсем проснулся.

– Да о наземниках этих, которые нас вырубили. – Он похлопал себя по шее. – Выстрелили в нас дротиками со снотворным или какой‑то такой же фигней.

Кларк тоже дотронулась до своей собственной шеи. Дурацкое ощущение от непонимания того, что происходит, сменилось ужасом, когда до нее наконец дошло что к чему. Друзья Саши, которым, по ее словам, полагалось быть миролюбивыми и цивилизованными, вырубили их с Беллами и заперли в темной камере.

– А ты‑то как, нормально? – Даже в тусклом свете Кларк могла разглядеть, как смягчилось лицо Беллами, когда его ярость уступило место заботе. Он притянул девушку к себе и поцеловал в макушку. – Не бойся, – тихонько проговорил он, – мы отсюда выберемся.

Кларк ничего не ответила. Она, лишь она была во всем виновата. Это она настояла на том, чтобы сюда спуститься, и уговорила Беллами пойти с ней. Кларк не могла поверить, что была такой идиоткой.



Саша лгала насчет Ашера. Лгала насчет Октавии. И хуже всего, она могла даже знать, какая участь ждала Прийю. Нет никаких наземников‑отщепенцев. Она все придумала, чтобы втереться в доверие и заманить Кларк и всех остальных в ловушку. Саша напустила такого тумана, когда говорила о первой экспедиции колонистов, об «инциденте», из‑за которого наземники вынуждены были их изгнать! Уже тогда Кларк должна была заподозрить неладное!

Она закрыла глаза и подумала о могилах, которые нашла в лесу. Что, если их с Беллами ждет такой же конец? Или их тела навек останутся лежать в этом богом забытом бункере?

Какое‑то время она слышала лишь дыхание Беллами да заполошное биение своего собственного сердца. Но потом раздался другой звук, в котором безошибочно можно было узнать приближающиеся шаги.

– Они идут, – прошептала Кларк.

Она услышала звон металла, а потом по глазам, ослепив, ударил луч света. Кларк вскинула руку к глазам и увидела в дверном проеме темный силуэт. Он шагнул вперед, и Кларк смогла разглядеть лицо. Это была Саша.

Страх Кларк испарился, остались лишь злость и отвращение.

– Ты врунья! – воскликнула она, подаваясь вперед. – Я тебе верила! Какого черта тебе от нас надо?

– Что? Нет, Кларк! – Отшатнувшись от Кларк, Саша имела наглость сделать вид, что ей больно это слышать. – Уэллс меня отпустил, и я пришла так быстро, как только смогла. Хотела быть уверенной, что окажусь тут раньше вас.

– Ну да, подготовить достойную встречу, чтобы нас благополучно усыпили и заперли, – сплюнул Беллами.

Саша смущенно пожала плечами:

– Прошу за это прощения. Наверно, тебе не нужно было пытаться перестрелять их из лука.

Она опять шагнула ближе, попыталась коснуться руки Кларк и поморщилась, когда та отодвинулась.

– Охрана просто делала свое дело. Как только я узнала, что случилось, сразу прибежала сюда. Теперь уже все хорошо.

– По‑твоему, это называется «хорошо»? Страшно подумать, что в твоем представлении значит «плохо». – Голос Беллами был холоднее влажного воздуха этого подземелья.



Саша, вздохнув, толкнула дверь, чтобы та открылась пошире.

– Просто пойдем со мной, я вас отведу к моему отцу, поговорите. После разговора вы все поймете.

Кларк и Беллами переглянулись. Кларк знала, что Беллами доверяет Саше не больше, чем она сама, но другого способа выбраться из камеры у них не было.

– Хорошо, – сказала она и взяла Беллами за руку, – мы сходим, но потом ты покажешь нам, как отсюда выбраться.

– Конечно, – кивнула Саша, – обещаю.

Кларк и Беллами вышли следом за ней из камеры и двинулись по залитому неярким светом коридору. Большинство выходящих в него дверей было закрыто, но одна оказалась приотворена, и Кларк, улучив момент, замедлила шаг и заглянула внутрь.

Это был изолятор или какое‑то его подобие. Оборудован он был почти так же, как больница на Фениксе: Кларк опознала мониторы сердечной деятельности, аппарат искусственной вентиляции легких и рентгеновскую установку. Однако узкие кровати были покрыты рваненькими потрепанными одеялами, а на одной вообще, кажется, лежала шкура какого‑то животного. Но сильнее всего Кларк поразило то, что изолятор был пуст. В ее поле зрения не попали ни врачи, ни медсестры, ни пациенты. На самом деле они никого не видели за все время, пока вслед за Сашей шагали по коридорам.

– Ты вроде говорила, что вас несколько сотен. Где же все? – спросила Кларк, когда любопытство пересилило настороженность.

Беллами был куда злопамятнее.

– Наверно, все ушли на дело. Решили похитить еще кого‑нибудь из наших ребят.

Саша остановилась и повернулась к Кларк:

– На самом деле тут уже пятьдесят лет никто не живет. Бункер используется в основном для того, чтобы хранить то, что не вытащишь на поверхность: генераторы там, медицинское оборудование…

– И где же вы живете? – спросила Кларк.

– Я вам покажу. Идем. – Следом за Сашей они свернули за угол, миновали еще одну открытую дверь, за которой громоздились пустые металлические клетки (Кларк надеялась, что раньше в них содержались животные), и остановились перед лестницей, которая была приставлена к отверстию в потолке.

– После вас, – сказала Саша, сделав жест в сторону ступенек.

– Хрен мы туда первые полезем, – сказал Беллами, хватая за руку Кларк.

Саша посмотрела по очереди на Кларк и Беллами, потом крепко сжала губы и легко вскочила на одну из нижних ступеней. Быстро взлетев к самому отверстию, она позвала молодых людей последовать ее примеру.

– Ты первая, – сказал Беллами Кларк, – а я сразу за тобой.

Карабкаться по лестнице оказалось не так легко, как можно было подумать, глядя на Сашу. А может, дело было в том, что Кларк трясло, и ей приходилось прилагать массу усилий, просто чтобы руки не соскальзывали с перекладин. Лестница уходила не то в вентиляционную шахту, не то в какой‑то вертикальный туннель, такой узкий, что Кларк чувствовала, как рубашка на спине касается каменной стены. Она закрыла глаза и карабкалась все выше, стараясь представить, что дело происходит где‑то в Колонии, а не в горе под многими тоннами камня. Она чувствовала, как давят на нее эти тонны, наваливаются сверху, не дают дышать… Руки потели, и девушка пыталась вытереть их о рубаху, приходя в ужас от мысли, что в любой момент может упасть и потянуть за собой Беллами. Ей приходилось все время заставлять себя не затаивать дыхание и дышать ровно.

Наконец, когда прошла, кажется, целая вечность, над головой забрезжил свет дня.

Ухватившись за последнюю перекладину, Кларк увидела протянутую руку. Девушка была так измучена, что без колебаний приняла ее, позволив Саше вытащить себя на траву.

Она старалась отдышаться и, покачиваясь, поднималась на ноги, а Саша уже протягивала руку Беллами.

– Ты тут каждый день лазаешь, что ли? – пропыхтел Беллами, упершись руками в колени и глубоко вдыхая прохладный утренний воздух.

– О, есть гораздо более легкий путь. Но я подумала, вы оцените вид, – с улыбкой сказала Саша.

Они стояли на вершине холма, глядя на раскинувшуюся внизу долину с многочисленными деревянными постройками. Там были и десятки деревянных домов, из узеньких труб которых в небо валил дым, и здание побольше, которое могло быть местом общих собраний, и несколько загонов с домашними животными.

Кларк, не отрываясь, смотрела на людей. Они были повсюду: тащили корзины с овощами, везли на тележках громадные вязанки дров, ходили по улицам, приветствуя друг друга. Дети, смеясь, играли в какую‑то игру на грунтовой дорожке, которая вилась меж домов.

Повернувшись к Беллами, Кларк увидела в его глазах тот же благоговейный трепет, что испытала она сама. Он впервые не нашел что сказать.

– Идем, – сказала Саша, начиная спуск в долину, – мой папа вас ждет.

На этот раз протестов не последовало. Беллами взял Кларк за руку, и они последовали за Сашей вниз по склону.

Прежде чем молодые люди добрались до подножия холма, на них уставились десятки глаз, а уж когда они ступили на одну из грунтовых дорожек, вся деревня, казалось, бросила свои дела и обратила взгляды на Кларк и Беллами. Большинство наземников не казались удивленными, но в сердитых глазах некоторых из них можно было прочесть подозрительность или даже злость.

– Насчет них не беспокойтесь, – бодро сказала Саша, – они потом изменят свое мнение.

Впереди в обществе двух женщин стоял высокий мужчина. Женщины, судя по всему, оживленно спорили, а он слушал обеих, серьезно кивая и почти ничего не говоря. У него была бритая голова, седая борода и впалые щеки под острыми скулами. Мужчина излучал силу, несмотря даже на несколько изможденный вид. Заметив Сашу, Беллами и Кларк, он извинился перед женщинами и твердым шагом решительно двинулся к молодым людям.

– Папа, – остановилась перед ним Саша, – это те колонисты, о которых я тебе рассказывала.

– Я – Кларк, – девушка выступила вперед и, не раздумывая, протянула руку. Она пока так и не знала, стоит ли доверять этим людям, но что‑то в отце Саши заставляло ее вести себя вежливо. – А это Беллами.

– Макс Уолгров, – представился он, обмениваясь крепким рукопожатием с Кларк и протягивая руку Беллами.

– Я ищу свою сестру, – без предисловий заявил тот, – вы не знаете, где она?

Макс, нахмурившись, покачал головой:

– Чуть больше года назад кое‑кто откололся от нашего сообщества. Эти люди решили, что будут жить по собственным правилам. Это они увели твою сестру и, что еще хуже, убили двоих ваших ребят.

Кларк почувствовала, как растут разочарование и злость стоящего рядом с ней Беллами. Молодой человек сжимал и разжимал кулаки, а когда он снова заговорил, было видно, какого труда ему стоит сохранять внешнее спокойствие.

– Да, Саша упоминала, что где‑то поблизости болтаются какие‑то отщепенцы. Но до сих пор никто не сказал, как, черт возьми, мне найти сестру. – Скрестив руки на груди, он вприщурку смотрел на лидера наземников. – И откуда мне знать, что она не у вас?

Кларк внутренне сжалась и предостерегающе глянула на Беллами. Однако отца Саши, казалось, скорее забавлял, чем оскорблял обвиняющий тон парня. Он обернулся через плечо и окинул взглядом обнесенную изгородью территорию. Вдалеке обнаружилась кучка вроде бы играющих в пятнашки детей. Макс помахал ребятишкам рукой, и все они бросились к нему. Когда они подбежали ближе, Кларк поняла, что там не одна малышня. Была среди них и девочка постарше: длинные черные волосы струились следом за своей хозяйкой, когда та, смеясь, неслась по полю.

– Октавия! – бросился ей навстречу Беллами.

Миг спустя он уже сжимал ее в объятиях. Брат и сестра встретились слишком далеко от Кларк, чтобы та могла что‑то услышать, но по движению плеч Беллами она поняла, что тот либо смеется, либо плачет. А может, и то и другое сразу.

Кларк смотрела на эту встречу, и ее переполняла странная смесь чувств. Девушку безмерно радовало, что Октавия жива и здорова, но какая‑то ее часть сокрушалась о том, что самой Кларк, возможно, никогда не суждено воссоединиться со своей семьей.

Сморгнув слезы, она снова повернулась к Максу с Сашей и сказала:

– Спасибо! Как вы ее нашли?

Макс рассказал, что послал к отщепенцам наблюдателей. Получив информацию, что бунтовщиками похищена колонистка, люди Макса организовали нападение и отбили ее.

– Она у нас только со вчерашнего вечера, – объяснил Макс. – Я собирался сегодня отвести ее к вам, но тут вы сами у нас объявились. – Уголки его рта были как‑то странно изогнуты, будто он с трудом удерживался от улыбки.

– Даже не знаю, как вас благодарить, – сказал Беллами, подходя к ним вместе с Октавией. – Вы спасли ее.

– Отблагодаришь меня, если в вашей группе будет порядок, и сам ты будешь владеть собой. Саша сказала, что вы – ребята хорошие, и обращались с ней хорошо, но мне не хотелось бы рисковать. Достаточно уже трагедий.

– Так что именно тут происходило в последнее время? – нерешительно поинтересовалась Кларк. Ей отчаянно хотелось спросить о своих родителях, но вначале надо было услышать всю историю целиком.

– Чуть больше года назад примерно в десяти километрах отсюда разбился один из ваших челноков. Мы всегда знали о существовании вашей Колонии, но никакой связи с вами не было, поэтому внезапное появление чужаков из космоса нас несколько… ошарашило. Но они сильно пострадали, и мы постарались помочь выжившим. Мы предоставили им пишу, кров, медицинскую помощь – все, в чем они нуждались. Челнок прилетел именно сюда, потому что в Колонии знали про Маунт‑Уэзер и надеялись найти тут приют, припасы и оборудование. Конечно, они не ожидали встретить тут людей.

– Вы знаете, что привело их на Землю? – спросила Кларк. – Эта экспедиция была засекречена. Мы ничего о ней не знали, пока Саша нам не рассказала.

Макс кивнул.

– Они должны были выяснить, каков тут уровень радиации, и определить, пригодна ли планета для проживания людей. Конечно, благодаря нам им оказалось гораздо проще ответить на последний вопрос.

– А кем они были? – перебила его Кларк. – Добровольцами, учеными или заключенными вроде нас?

Макс нахмурился но, к своей чести, ответил на вопрос без уверток:

– Большинство из них не рвались распространяться о своем прошлом, но я так понял, что это были не самые примерные граждане. Не то чтобы совсем уж преступники, иначе бы их казнили. Отправили бы дрейфовать в космос, как они говорили. – Он слегка скривился и продолжал: – Казалось, это в основном были люди, которые могли незаметно исчезнуть.

Кларк кивнула, переваривая информацию.

– А после того, как они прилетели? – подсказала она.

– Из‑за крушения они не могли связаться с Колонией. Никто из них даже представить себе не мог, что они на неопределенный срок окажутся отрезанными от космической станции. Так что, думаю, напряжение стало расти. Мы не планировали делать их постоянными членами нашего сообщества, а они, конечно же, тоже не собирались оставаться с нами навсегда. – Он на миг замолчал, и лицо его стало жестким. – Я до сих пор думаю, что происшествие с ребенком было несчастным случаем, но далеко не все со мной согласны. Всем известно, что один из наших детишек – маленький мальчик – повел нескольких колонистов на рыбалку. Он вызвался показать им лучшие рыбные места и был так горд, что может помочь… Но когда ближе к вечеру они вернулись, – тут воспоминания заставили Макса поморщиться, – то принесли с собой маленькое тельце. Он утонул, бедный малец, – Макс вздохнул. – Я никогда не забуду, как закричала несчастная мать, увидев его тело.

– Это был несчастный случай, – глухо сказала Саша. – Я точно знаю. Томми упал со скалы, а никто из колонистов не умел плавать. Они пытались его спасти. Помнишь, какими они были мокрыми? Они сказали, что та блондинка сама чуть не утонула, когда старалась его вытащить.

– Возможно, – продолжил Макс, – но они больше оправдывались, чем просили прощения и сожалели о случившемся. И после этого началось противостояние. Кое‑кто из наших – семья погибшего мальчика например, они, кстати, стали наблюдать за вами сразу, как только вы приземлились, – были против того, чтобы давать колонистам пищу, сказали, мол, пусть они сами себя обеспечивают. Думаю, колонисты просто испугались, но повели себя неправильно: стали воровать, делать заначки и даже угрожать нам насилием. В конце концов у меня просто не осталось выбора, и пришлось их изгнать. Это было очень тяжелое решение. Я знал, что большинство из них – хорошие люди. И знал, что без нас у них не так много шансов. Но мне и в голову не пришло, что, когда я объявлю свое решение, они нападут на нас. И конечно, после этого я должен был защищать своих людей. У меня не было выбора.

– Значит, они все погибли? – тихо спросила Кларк.

– Да, кроме одной пары. Это были врачи. Они ушли еще до того, как обстановка накалилась, сказали, что не согласны с остальными колонистами и не одобряют их действия. Они хотели попутешествовать вдвоем, увидеть как можно больше мест на планете.

– Врачи? – повторила Кларк, с трудом выговаривая слова, потому что воздух вдруг застрял где‑то в легких.

Она потянулась за что‑нибудь ухватиться и почувствовала, как стоящий рядом Беллами поддержал ее твердой рукой.

– Кларк, с тобой все нормально? – спросил он.

– А они… вы помните их фамилию? – Кларк закрыла глаза. Ей внезапно стало страшно смотреть на лицо Макса в тот миг, когда он услышал ее вопрос. – Не Гриффины?

Глава наземников кивнул:

– Да. Дэвид и Мари Гриффины. Я помню.

Кларк рассмеялась, а потом задохнулась.

Камень, который последние полгода лежал у нее на душе, наконец свалился. Девушка почувствовала, что ее лицо стало мокрым, потянулась вытереть его и поняла, что плачет. Она не одна на Земле.

Ее родители живы.


9567802262913074.html
9567844064800148.html
    PR.RU™